June 28th, 2013

Интервью с Топоровым

В общем-то я пишу про железяки всякие, про паровозы, про экономику железной дороги. Но стране нужны не только паровозы. Во время своей последней командировки в Питер немного побеседовал с переводчиком, критиком и т.д. Виктором Топоровым, который любезно уделил мне время. Получилось такое интервью в нашей паровозной газете:
http://www.gudok.ru/newspaper/?ID=917706&archive=2013.06.28
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.

Ульяна собирает цитаты

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=486411794774109&id=100002158797261
Здесь нужно понимать виртуальность этого спора. Т.е. мое поколение было напрямую связано со стариками, пережившими войну. С моим дедом, донским казаком, который что-то мне в детстве про войну рассказывал. Потом рассказывал отец и про деда, и про то, как он сам ребенком пережил оккупацию. Это - не виртуально, это имеет самую прямую, живую связь с историей.
Для детей, родившихся уже в 90-х и дальше, такой прямой связи нет. Для многих из них что Великая Отечественная, что Куликовская битва - это примерно одно и то же. Все народы, у которых не было мобильных телефонов и интернета, по мнению многих современных российских недорослей, - отсталые.
Возможно, так оно и должно быть. И у Дмитрия Донского не было мобильника, у маршала Жукова была вего лишь проводная связь - вертушка и "полевка".
Но пафос постмодернистов состоит в том, чтобы юзать политический инструмент, поскольку он при минимальных затратах показывает хорошую прибыль. История - это очень прибыльный бизнес. Это - не споры в кабинетной тиши, это - не полемика историков, это - схватка пропагандистов.
Мы считаем, что вы слишком хорошо живете, "за наш счет". Мы хотим забрать, украсть у вас это, это и вот это. Мы хотим, что бы ваш голос не был слышен, чтобы вас считали париями, подонками. Иначе у нас не будет оснований украсть у вас это, это и это. Что нам делать?
Торговать историей - самый дешевый ресурс. Это примерно как торговля наркотиками в процентном отошении к эффективности продаж.
Вы подписывали пакт Молотова-Риббентропа, насиловали миллионы немок и т.д. Подписывали? Подписывали, блять? Насиловали?
Лично я ничего не подписывал. И мой дед Максим ничего не подписывал. Он честно отбарабанил до Победы в пехоте.

Вторая зарплата

Первую зарплату я получил на физфаковской практике. Летом 90-го года варил в ночную смену кабачковую икру в Багаевке (куда же еще отправить на практику физика?) и еще кидал сахар и соль в котел с горошком. Заработал 169 рублей. По тем временам это были неплохие бабки.
А вторую зарплату я получил как учитель по специальности "виолончель". Моя бывшая преподавательница из музшколы №10 Татьяна Васильевна ушла в декрет. Ну и директорша попросила меня ее на время заменить. Наверное был там какой-то кадровый голод.
Мне пришлось совмещать учебу в университете и преподавание. До меня в то время даже не доходило, что преподавание - это профессия. Искусство. Регламент.
Я занимался там всякой херней. А формальной причиной увольнения стала жалоба родителей ученика по имени Женя Белоусов. У учеников были на экзаменах две темы - крупная форма и пьеса. Женя играл у меня крупную сонату Ромберга. А в качестве пьесы я ему предложил "девочка моя синеглазая". Тезка все-таки. И особых перспектив в смысле карьеры виолончелиста я там не увидел. Написал ему ноты, написал партию концертмейстерши. Через какое-то время они сыгрались. Получалось неплохо. Лучше, чем в сонате Ромберга. А потом женины родители пожаловались на меня. И меня уволили.
Выросший Женя Белоусов, ежели чо, приношу свои извинения.