January 28th, 2010

Актуален ли Чехов?

Да, разумеется Чехова ставят. И в глубинке, и в Москве, и в культурной столице. Хотя бы потому, что современные авторы давно уже не балуют режиссеров качественной драматургией.
Однако носители культуры 19-20 века, люди, воспитанные в том числе на соответствующих литературных традициях, постепенно уходят. Набирает силу новое поколение (названное писателем Пелевиным «поколением Пи»). Которое Чехова в лучшем случае «проходит» галопом на уроках литературы. Конечно особенного пиетета по отношению к классику у него уже нет.
Дело тут во в чем. Роль писателя вплоть до середины 20 века была совсем иной, нежели в наши скорбные времена. «Великий писатель» был целым институтом, пастырем, путеводителем по современной жизни. Он решал в своих произведениях сложнейшие вопросы, связанные с моралью, философией, историей, религией, государственностью и т.д.. Он предсказывал будущее и ставил отметки умершим и здравствующим монархам. И одновременно пытался развлекать читателя, учил с увлечением.
Сегодня писателя как института не существует. Люди Ренессанса, «матерые человечища» остались в прошлом. Писатель измельчал, стал просто прикладным ремесленником. Более того, фордовский конвейер пришел и в эту сферу человеческой жизнедеятельности: большую часть книг пишут литературные негры. Один отвечает за сюжет, другой выписывает «лирику», третий пытается философствовать или хохмить и т.д.. Руководитель проекта, редактор потом «сшивает» все это в одну книгу, сопроводив чтиво какой-нибудь убийственно-гламурной обложкой.
Мир изменился, «разложил» писателя на составляющие: сегодня мы смотрим незатейливые сериалы, когда хотим отрефлексировать собственную бытовую жизнь, слушаем штатных юмористов, когда испытываем потребность дежурно посмеяться, философские дискурсы опять же – в кругу профессионалов (в данном случае очень узком).
Поэтому и нет особенного почтения к современному писательскому труду.
Так вот проверенная временем классика – это на языке моды – искусство «от кутюр», тонкая ручная работа. В то время как 99% современной «фабричной» литературы – это «прет-а-порте», дешевая глянцевая масс-марка.
У современных авторов за редким исключением нет собственного лица. Чехова же не спутаешь ни с кем. Хотя Антон Павлович невероятно многоликий автор. Относительно недавно я прочел удивительно глубокую мистическую вещь – повесть «Черный монах». Стилистика, безусловно, чеховская, моментально узнаваемая, но вот содержание…Ничего подобного я не ждал, это было открытие, которое потом продолжилось в театре просмотром одноименного спектакля в постановке режиссера Камы Гинкаса.
Многие ошибочно считают Чехова мизантропом, который не слишком-то любил своих литературных героев и их прототипов, все время указывал им на какие-то огрехи или бытовую неустроенность. «В избах народ вповалку… Грязь, вонь, дым, телята на полу, с больными вместе… Поросята тут же».
Я думаю, что здесь устами героя говорит уездный лекарь Чехов. Которому больно видеть хворающего пациента. И он хочет добиться его скорейшего выздоровления. Выздоровления государства, общества и каждого отдельного человека. А то, что у Чехова в его пьесах или рассказах так много тоски…Ну гений на то и гений, чтобы жить не только сегодняшним днем. У него и у простого обывателя совершенно разные временные горизонты. А во многих знаниях многия печали. Герой «Дяди Вани» Астров мечтает о том, что будет через тысячу лет: «Когда я слышу, как шумит мой молодой лес, посаженный моими руками, я сознаю, что климат немножко и в моей власти и что если через тысячу лет человек будет счастлив, то в этом немножко буду виноват я».
Мне кажется, что если человечество проживет эту тысячу лет и будет находиться в согласии и гармонии, в этом, безусловно, будет «немножко виноват» Антон Павлович.
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.