March 12th, 2007

Автор и издательский проект


Брэндирование в издательском бизнесе принципиально не отличается от любого другого. Корреспондент "Денег" Валерий Павлов поговорил с Олегом Бартеневым, гендиректором издательства "Астрель" (группа АСТ), чтобы выяснить, что такое хороший литературный брэнд.
-- Какова роль "литнегров" в издательском бизнесе?

-- Если автор-брэнд не в состоянии написать столько, сколько готов поглотить рынок, у него появляются безымянные соавторы. На Дюма работало в общей сложности человек сорок, он же просто занимался тем, что правил стиль. Точно так же у великих художников ученики расписывали все детали на картине. Но подпись под картиной ставил именно мэтр. В литературе многие мэтры так поступают. Другой случай -- Эдуард Тополь, который настаивал, чтобы его соавторов (того же Незнанского) указывали. Мы предлагали Тополю соавторов, чтобы он писал не одну книгу в год, а хотя бы три-четыре. Он не отказывался, но "негров" принципиально по фамилии упоминал. Хотя потом эти соавторы и пытались писать под собственными именами, у них, как правило, ничего не получалось (с Дюма была та же история).

-- А если реального мэтра вообще не существует?

-- Есть такой брэнд -- "Серова". Такой писательницы нет. Этот брэнд -- легкий детектив, над которым работали многие авторы. И если у одного автора образ главной героини был хрупким и субтильным, то другой ту же самую героиню наделял маскулинными чертами, она разбивала ногой батареи и крошила челюсти. Третий еще что-нибудь дописывал. Внешность там худо-бедно отслеживалась, но поведенческие реакции в разных книгах были прямо противоположными.

-- Но тогда это плохой брэнд. Если нет контроля качества, брэнд размывается, теряет доверие потребителя...

-- Да, есть Маринина, которая много пишет, но она потом перерабатывает "негритянский" труд, и видно, что это ее проза. Существует, к примеру, брэнд "Коркунов". Сам он конфет не производит. Конфеты под этим брэндом делают по всей России -- на фабрике "Красный Октябрь", "Бабаевской" и т. д. Но этот брэнд несет ответственность за качество продукции, она делается по единой технологии, где бы производство ни размещалось. Если автор объясняет "негру", что писать, как писать, проверяет его текст и переписывает при необходимости, то ответственность за брэнд есть. Когда просто куплено имя автора, а под его фамилией пишется все что ни попадя, брэнд очень быстро деградирует. Такие случаи были и у нас, и у ЭКСМО, не говоря уже о мелких издательствах. Здесь можно упомянуть брэнд Донцовой, который стоит до $10 млн. Литература, написанная под этого автора, почти гарантированно будет иметь коммерческий успех. Разумеется, такими брэндами дорожат и стараются сохранять средний уровень качества.

-- Вы согласны, что высокая авторская производительность -- однозначный признак коллективного творчества?

-- Здесь многое зависит от автора. Ленин, к примеру, написал 50 томов, это колоссальное количество текста. Из них как минимум 30 принадлежат его перу, остальные -- референтам. И эти работы были многократно им же переработаны, прежде чем попасть в печать. Они написаны вполне понятным языком и нашли своего потребителя.

-- Где грань между заменяемостью автора и его уникальностью? Дело в жанре, в качестве текста?

-- Есть такой автор -- Полина Дашкова. Она пишет очень немного по современным меркам -- один-полтора романа в год. Если в ее детективе всплывает, скажем, тема трансплантологии, она досконально ее изучает, прежде чем взяться за перо. Она тщательно прописывает характеры, психологию персонажей, наполняет литературу некоей философией и т. д. И как раз по ее книгам поставить сериал непросто. Это -- не ряд высосанных из пальца эпизодов, так что по ее детективам правильнее снимать не сериал, а полнометражный фильм.

-- Но такой подход есть в любом жанре. К примеру, в кулинарии есть компиляции, а есть книги для истинных гурманов...

-- Хорошая книга о кулинарии -- это текст, вымученный лично автором. Он сам готовит, меняет ингредиенты и смотрит, что получилось. А потом рассказывает об этом читателю. Он задает себе вопросы: "А если каперсы в борщ положить, это будет вкуснее? А если лимонную цедру? А не получится ли от этого рассольник вместо борща?"

Но это -- автор. А есть издательский проект, когда раскладывается десять книг и из рецептов составляются компиляции. Да, рецепты сейчас патентуются. Но вы можете не переписывать текст в лоб, а сделать так -- вместо "берете 10 грамм" пишете "кладется столовая ложка". И ничего в суде не докажешь. Искушенному гурману читать такие тексты неинтересно, а для массмаркета сойдет.

-- Но ведь издательский бизнес не должен ограничиваться массмаркетом?

-- У издателей есть обычный инженерный подход. Мы пишем некую матрицу, где присутствует весь спектр продукции -- от "мягкого детектива" до жестокой криминальной драмы с морем крови и горой трупов. В этой матрице есть возрастные предпочтения, пол читателя, узнаваемая им среда и т. д. К примеру, в криминальной драме нет места тонкой иронии, там другая стилистика письма. Издатель пытается все эти ниши пропорционально заполнить. Если исходить только из данной схемы, то да, это все будет продаваться. Но это серая масса. Поэтому нам нужен автор, который, несмотря на все издательские предрассудки, напишет стоящую вещь. Того же Чхартишвили разворачивали, полагая, что его детективы не будут читаться дальше Садового кольца. Но читатель оказался не настолько глуп, как это предполагали издатели.
Тут:
http://www.kommersant.ru/k-money/get_page.asp?page_id=13992446.htm&m_id=35515&rid=7

Наивный материализм :)

Итак, вы - Гераклит
Вы — Гераклит Эфесский, прозванный Тёмным. Мистик и одиночка по природе, "близкий всем, всему чужой", как сказал когда-то поэт. У Вас свой путь в этом мире, ведомый только Вам одному.
Пройти тест


В общем- что-то похожее на правду есть.